Кого посадит Путин

Грядущие президентские выборы может выиграть «технический» президент С. Степашин В. Матвиенко

Россияне - самый читающий народ в мире. Между строк. Я - из их числа. Я просто читаю газеты: наши и не наши. Промышленным способом, складывая пресс-индикаторы в мозаику.

По американской классификации, Путин сейчас - «хромая утка». То есть президент, политические дни которого сочтены. В самом деле: на носу 2008 год и выборы главы государства, от участия в которых ВВП неоднократно открещивался. Но, как верно заметил товарищ Сухов, Восток - дело тонкое. А по отношению к Америке наша держава - Восток самый настоящий, типа Византии. Поэтому заявления президента могут оказаться блефом. Но не американским прямолинейным, а изощренным восточным. Путин может уйти, чтобы остаться самой весомой фигурой и на российском политическом поле, и на мировом. Это следует, в частности, из его фразы, сказанной во время пресс-конференции в феврале нынешнего года: «Я занимался в свое время борьбой дзюдо, а не легкой атлетикой, бежать никуда не собираюсь».

Между Рузвельтом и Петром I

Чтобы предположить дальнейшие шаги президента, важно понять, что им движет. Мы регулярно проводим исследование, с кем и как часто сравнивают Путина в газетных публикациях. Чаще всего с двумя политиками - Петром I и Франклином Рузвельтом.

Любопытно: в 2000 году в Путине гораздо больше видели Петра I (35 процентов публикаций), чем Рузвельта (5 процентов). А к 2007 году ситуация стала прямо противоположной: 5 и 34 процента соответственно. Перелом наступил в 2005 году, и это вполне объяснимо.К этому времени как раз закончилось «равноудаление олигархов», «отстраивание губернаторов», усиление роли силовых структур и кооптирование кадров из спецслужб во власть. Проще говоря, завершились процессы усиления роли государства, которые и было принято сравнивать с петровской рубкой удалых стрелецких голов и боярских бород. Наступило время строить новый Санкт-Петербург, то бишь новую Россию. И здесь на авансцену выступил Путин-Рузвельт.

Заметим, что параллели с американским президентом напрашиваются сами собой. За время Великой депрессии ВВП Штатов упал более чем в два раза, а половина населения считала себя бедняками. «Новый курс» Рузвельта, давший государству право вмешиваться в дела бизнеса, позволил поприжать олигархов, вроде Рокфеллера и Моргана, и вытащить страну из экономической трясины. За это вмешательство президента долго и горячо ругали, пока не стало ясно, что Рузвельт умудрился найти наилучшее сочетание рынка и сильной государственной руки. Рыночные механизмы не погибли, но упорядочились. А государство не съело частный бизнес, а приняло на себя ответственность за самые важные и не самые прибыльные отрасли экономики.

Характерно, что в России любят цитировать Рузвельта. Например, его знаменитый афоризм: «Может быть, это сукин сын, но это наш сукин сын». Путин тоже не прочь выдать что-нибудь из Франклина Делано. В мае 2006-го в своем послании Федеральному собранию он привел такую цитату: «Работая над великой общенациональной программой, которая призвана дать первостепенные блага широким массам, мы действительно наступили кое-кому на «больные мозоли». Но это «мозоли» тех, кто старается достичь высокого положения или богатства, а может быть, того и другого коротким путем - за счет общего блага». Таким образом, словами Рузвельта Владимир Путин сказал россиянам то, чего от него ждали: о справедливом перераспределении доходов от сверхбогатых к бедным. Идеального решения здесь быть не может: у кого-то придется что-то отбирать, а без сильного государства это сделать невозможно. Как говорится: умри, Фрэнк, лучше не скажешь.

Важная деталь: оба «прототипа» Путина отличались завидным политическим долгожительством. Петр царствовал дольше всех российских монархов (если считать со времени его коронации), Рузвельт - дольше всех американских президентов. Почему бы не предположить, что Путину импонирует такой стратегический стиль управления?

Степашин - технический президент?

Чтобы заниматься стратегией, необязательно сидеть на троне. Российские политики называют в этом случае тронную роль «технической». Термин был запущен в СМИ во времена премьерства Касьянова, потом прочно прилип к Фрадкову. Почему не предположить, что не только премьер, но и президент у нас может быть «техническим»? Парадоксально? Но подобные прецеденты на Руси бывали.

Тот же Петр I, отправляясь в 1697 году в затяжной деловой вояж по Европе (я имею в виду Великое посольство), оставил на хозяйстве «техническим царем» боярина Федора Ромодановского, по нынешним меркам - силовика. Экскурсия длилась больше года, но все это время Петр держал руку на пульсе событий и принимал ключевые решения. Можно вспомнить и Ивана Грозного, его отречение и бегство в Александровскую слободу, что никак не увеличило значимости «технической» Боярской думы.

Однако вернемся в свою песочницу. Какими качествами должен обладать «технический» президент? Прежде всего, быть питерским. И обязательно силовиком - как любит повторять Путин, бывших разведчиков не бывает. Непременное требование к кандидату - хорошо разбираться в вопросах экономики, социальной политики и государственного управления, иметь соответствующий опыт и послужной список. И сверх того вести ежедневную деятельность на всероссийском поприще. Ну и, разумеется, быть надежным, лояльным и неамбициозным! Иначе в один непрекрасный момент «технический» президент восстанет против породившего его предшественника.

Из нынешних политиков таким требованиям не удовлетворяют ни Сергей Иванов, ни Сергей Миронов, ни Александр Ткачев, ни Дмитрий Медведев... А вот глава Счетной палаты Сергей Степашин ложится в схему почти идеально.

Вам не нравится Степашин, вы считаете его отыгранной фигурой? Напрасно. Разве может быть «отыгранным» человек, который контролирует все бюджетные потоки в стране, знает, где и сколько воруют, знает российскую экономику как свои пять пальцев? Не будем забывать, что Степашин тоже руководил ФСБ, попробовал себя и в роли политического тяжеловеса - побыл премьером, хотя и недолго. В его пользу говорит и факт, что, будучи вытеснен с премьерского кресла самим Владимиром Владимировичем, он сохранил с ним хорошие отношения.

С какого боку ни посмотри, Степашин в роли «технического» президента выглядит идеально. Характерно и то, что в последнее время он немного отступил в тень. Так обычно делают перед началом агрессивной «раскрутки» кандидата в СМИ.

Хотите еще кандидата на «технический» пост? Пожалуйста - Валентина Матвиенко. Она также удовлетворяет всем критериям, кроме, пожалуй, одного - она не силовик. Но это только на первый взгляд. Валентина Ивановна - опытный дипломат, была послом на Мальте и в Греции. Стоит ли напоминать, что МИД с советских времен де-факто считается силовой структурой? А позже, в 1998-2003 годах, Матвиенко была заместителем председателя правительства РФ, курировала социальную сферу. А, как известно, волей нынешнего президента демографическая политика положена в основу национальной стратегии России.

И наконец, чем Матвиенко хуже той же Ангелы Меркель или Хиллари Клинтон? К тому же и «раскрутить» ее будет легко. Большинство российских избирателей - женщины, и уж они за Матвиенко точно проголосуют! Если Владимир Владимирович попросит.

Питер - энергетическая столица мира

Если принять сценарий с назначением «технического» президента как рабочую гипотезу, возникает вопрос: кем в этом случае будет сам Путин? Какую роль он выберет? Ответ, как ни странно, можно найти в диссертации ВВП, которую он защитил еще в 1997 году.

Работа Путина называлась «Стратегическое планирование воспроизводства минерально-сырьевой базы региона в условиях формирования рыночных отношений». Почти десять лет спустя Путина-президента долго склоняли за эту диссертацию недоброжелатели из The Washington Times, утверждавшие, что исследование представляет перепевку работ классиков стратегического планирования Кинга и Клиланда. А так ли уж это важно? Главное, что еще 10 лет назад Путин определил приоритетные для себя интересы, и связаны они были с сырьевыми энергетическими ресурсами.

Вряд ли будет натяжкой утверждать, что в нынешнем глобализированном мире Россия претендует ни больше ни меньше, как на роль главного энергетика планеты. Россия при Путине, чтобы там ни говорили, окрепла и впервые за многие десятилетия развернула оба своих крыла - и западное, и восточное. Это дает небывалые возможности для маневрирования, отстаивания собственных позиций на мировом рынке энергоресурсов. Грубо говоря, если Запад по каким-либо причинам откажется покупать наши нефть и газ, за него это с удовольствием сделают растущие Китай или Индия. Не стоит забывать, что президент поставил стратегической и одновременно ближайшей к реализации целью превращение рубля в одну из мировых валют. И эта задача успешно выполняется.

Давайте представим на секунду, что Россия - главный энергетический цех планеты. Кто будет начальником этого цеха, тот сможет контролировать очень многое. Этот пост - вполне достойный по значимости для нынешнего российского президента.

Роль главного энергетика дает гораздо больше, чем место ключевой фигуры в национальной политике и экономике. Она позволяет занять достойное место в мировом суперистеблишменте. Политологи нет-нет да и роняют крамольную мысль, что нынешняя «большая восьмерка» себя исчерпала. Мол, ежегодная встреча глав ведущих мировых держав - малоподходящий формат по нынешним временам. Эпоха глобализации требует более тесного взаимодействия между всеми развитыми странами, а не только членами G8.

Все это уже проходили - достаточно вспомнить, что предтечей «большой семерки» был Римский клуб - организация, объединяющая акул бизнеса, топ-менеджеров, интеллектуальную элиту мира, действующих и бывших политиков, ведущую роль среди которых играл экс-канцлер ФРГ Вилли Брандт. Этот мозговой трест с переменным успехом создавал сценарии мирового развития, позволявшие достичь «глобального равновесия». Изначально его деятельность финансировали концерны Fiat и Volks-wagenwerk, которые были заинтересованы в систематическом анализе перспектив энергетических и сырьевых проблем.

А почему сегодня изучение этих проблем не может финансировать «Газпром»? Тому уже есть некоторые подтверждения. Например, «Газпром» строит в Питере 300-метровый офисный небоскреб, уже окрещенный злыми языками «кукурузой». Для кого предназначено это великолепие?

Сейчас глобализация перестала быть измышлением рафинированных профессорских мозгов, стала реальностью и требует планетарной координации практических мер. Все это может дать новый клуб, назовем его «Питерский», костяк которого составят участники саммита «большой восьмерки» образца 2006 года. И кто поручится, что в этой организации Путин, экс-президент и действующий начальник мирового энергетического цеха, не будет играть одну из ключевых ролей? По крайней мере, в «кукурузе» «Газпром» займет только половину площадей. Так что место для нового клуба найдется. Найдется место и для нефтяной биржи и биржи газовой торговли, о необходимости создания которых Путин заявил в прошлом году.

Дело за малым - правильно разыграть карты...

Сергей Никулин, www.g808.ru