Ночь с искусством

Музейные привидения в шоке: такого они никогда еще не видели

Лошадки немного скучали на этом празднике жизни Великий мастер-косторез Минсалим Тимергазеев и сам походил на экспонат Кукольный мейнстрим Приобщение к прекрасному - дело благородное Чайная «У Раневской» - деньги вперед

«Ночь музеев» 20 мая - 8-часовое приобщение ночной Тюмени к прекрасному - началась с дефилирования вороных коней под звуки труб и барабанов и завершилось без особой помпы. Приняли участие музей изобразительных искусств, «Городская Дума», Дом Машарова и музей геологии нефти и газа.

Ночь пролетела, музы не проснулись

Итак, началось все с конного дефиле (немного громкое название для процессии из шести лошадок). В 18.05 шесть вороных и гнедых лошадок с наездницами в фиолетовых плащах и белых бантиках пригарцевали к цирку. 12 музыкантов - духовой оркестр МЧС - грянули музыку и двинулись строем по Пешеходному бульвару, увлекая с собой бульварную публику. Лошадки выстроились - одна впереди, следом две пары, одна сзади - и поскакали вслед за оркестром. Справа к процессии пристроился участковый мент, слева - другой мент, потолще. В центре бульвара, изображая светских львиц в штатском, заняли позицию сотрудницы пресс-центра ГУВД.

Пройдя бульвар, свернули на Орджоникидзе, двинулись по проезжей части, и там шествие возглавил гаишный автомобиль. Следом за авто топала длинноногая репортерша в «мини» с напарником, далее - на дистанции - оркестр и все остальные. А вокруг прыгали сбежавшиеся фотографы.

На подходе к музею ИЗО грянули «Прощание славянки». Лошадки с наездницами застыли в тупике улицы, не зная, что делать дальше: они были наняты на час или полтора, а прошло всего 20 минут. Наездницы принялись болтать с публикой на тему лошадей: «Подходите ближе, она не укусит. Это конь». Немного постояв, лошадки принялись дефилировать по улице туда-сюда - пока не отработали положенный срок. Потом катали детей. А оркестр все играл.

С одной стороны улицы - у отеля «Тюмень» - разместилась выставка народных промыслов. Им не повезло: отель перекрывает все солнце, и потому вся сторона, а также половина музейного здания напротив всегда в тени, а по самой улице гуляет ветер.

На солнечной стороне среди березок - выставка-продажа картин. Конечно, тюменского Монмартра организаторы не обещали; обещали тюменский Арбат. А получилась тюменская барахолка. Мэтры из Союза художников - люди, от творческих поисков весьма далекие, - вытащили из чуланов свои неудачные картины, надеясь впарить их кому-нибудь под покровом ночи. Впрочем, черт с ними, вернемся к прекрасному.

В начале восьмого двери музея распахнулись и впустили первую порцию публики - тех, кто успел. Остальных попросили подождать, так как музей не резиновый, и довольствоваться развлекательной программой студентов «нефтегаза». Студенты «нефтегаза» - странный выбор для сопровождения «ночи музеев», но, видимо, они согласились работать на халяву, потому их и взяли. Показывали «живые картины», вертели зонтиками, пели джаз и эстраду - «Стать бы мне рябиною...» и «Черного кота». Под звуки «Черного кота» члены Союза художников забрали свои картины и смылись домой - пропивать вырученные деньги или заливать горе от отсутствия покупателей. Для них «ночь музеев» закончилась. Зато началась для тех, кто прибежал с «Золотого конька» - там как раз завершился очередной спектакль, и теперь театральные эстеты спешили приобщиться к ночной музейности.

Ближе к одиннадцати можно было уже попасть внутрь без всякой очереди. В музее бродят толпы народу - видимо, впервые за 50 лет существования. И сплошь знакомые лица.

В японском зале - куколки, кимоно, посуда, большие надутые рыбы висят под потолком, камни валяются на полу. Это остатки сада камней: перед открытием пол засыпали песком, граблями сделали аккуратные бороздки на японский манер, положили камни и деревянные дорожки для зрителей. Но народу было много, на узеньких дорожках не вместились и сад весь повытоптали. Маленькие дети, приняв пол за песочницу, резвились и катали эти самые камни, пока родители рассматривали экспонаты.

Рядом шел мастер-класс оригами. Обещали еще мастер-класс каллиграфии, но не получилось. В зале с Айвазовским разыгрывали костюмированное представление: со зрителем беседовали Айвазовский в шляпе с бородой, Пушкин и Гоголь. В другом зале - экскурсия по ночной деревянной Тюмени. Выдали фонарики, выключили свет, и можно было гулять, созерцая в лучах фонариков резные наличники.

На третьем этаже в глухой черной комнате грустил среди белых костей великий тобольский мастер Минсалим Тимергазеев, в традиционной северной одежде сам похожий на экспонат. Скучающего Минсалима развели на рассказ, он ожил и заговорил о своих работах: вот фигурки из костей жертвенных животных, шаман художника Геннадия Райшева (следом будут шаманы писателей Айпина и Шесталова), полотно истории, бубны, маленький чертик, который может разбушеваться, пока высшие силы отвлеклись на споры о его судьбе, лодочка жизни, птицы - души людей. «Боги приходят с Севера. Это люди с Юга приходят», - хитро улыбаясь, сказал мастер. Написали ему что-то хорошее в книгу отзывов, поблагодарили и понеслись дальше.

Надежда Васькова, директор музея, пробежала мимо, таская за собой чиновников из комитета по культуре. Вообще, их проще было сразу с лестницы спустить и не мучаться - толку от них все равно никакого: денег не добьешься, только время тратить.

На втором этаже застыли салонные куклы из «фимо» - пластической массы, из которой можно лепить, а затем она затвердевает. Сейчас это мэйнстрим, но в Тюмени их стали делать совсем недавно. Все похожие, но авторов можно различить по табличкам: Олеся Пелевина, Татьяна Дерягина и т.п. Сами кукольницы шушукались рядом со своими куколками.

Сбоку чайная «У Раневской» выколачивала деньги из музейных тусовщиков: торговали чаем из самоваров, вареньем, блинами и всякой дребеденью. Сушки - и те продавали поштучно. Барыги, в общем.

С наступлением темноты на улице у входа зажгли факелы. У дверей вывесили бумажные полотнища, положили краски и кисти, и каждый мог что-нибудь написать или нарисовать. Нарисовали смешную девочку с цветочком - на счастье.

В половине первого основные события закончились. Артистов стали развозить по домам, кукольницы убежали домой. Факелы погасили, разобрали подиум перед входом. Официально все завершилось в два часа. Не получилось феерической ночи. Чувство такое, что переспали с музеями, но удовольствие не пришло. Впрочем, никто не заставлял, да и ничего не потеряли. Впечатлениями наполнились. Приобщение к прекрасному - дело одухотворенное и благородное.

Рустам ФАХРЕТДИНОВ

Клубника в сметане

- Заходите, люди добрые, музей посмотрите, - зазывает прохожих дворник в длинном халате, с медной бляшкой «Участок №24», в шапке-ушанке с длинной метлой. Дворник явно из прошлого, так нынче не ходят.

Мужчина делает удивленное выражение лица и, с недоверием поглядывая на старинный деревянный особняк, выкрашенный зеленой краской, спрашивает:

- Что прямо сейчас, ночью?

- Да, сегодня музей работает до двух ночи.

Не о приснившемся идет речь, это я «Ночь музеев» вспоминаю. Судя по тому, что эти культурные учреждения в минувшую субботу были забиты до отказа, словно самые популярные супермаркеты в выходные, можно сделать вывод: читатель без лишних пояснений поймет, о чем идет речь. Акцию поддержали «Дом Машарова», музей «Городская Дума», музей геологии нефти и газа и, конечно, музей изобразительных искусств, которому и пришло предложение из Франции, страны-основателя такой необычной ночи.

Театральные действа в исполнении студентов колледжа искусств в саду, чаепитие на веранде, приветливо яркий свет окон, звуки рояля и пение превратили музей «Дом Машарова», как и в былые времена, в настоящий живой дом, где полным-полно гостей и рады видеть каждого. Заряжаясь веселым настроением, царящим в доме, с удивлением замечаешь, что он не имеет ничего общего с привычным сонным царством, нарушить дремоту которого решается редкий посетитель.

Ожила и выглядела по-новому и постоянная экспозиция. Экскурсоводы Андрей Тарасов и Ольга Берегова, представившись хозяином Николаем Дмитриевичем и хозяйкой Екатериной Евграфовной, показывали свой дом, рассказывали об укладе тех времен. Не было неловкости, и посетители, не обращая внимания на маленькие оплошности, с интересом слушали, подолгу говорили с экскурсоводами, ведь рассказывали если не сами Машаровы, то люди много знающие о них, уловившие атмосферу дома, его дух, ежедневно бывая здесь.

Ощутить не только будничное течение жизни, но и блеск и нарядную праздничность дома можно было здесь благодаря бальной паре Мария Потапова и Вячеслав Доагэ, обучающих вальсу, и преподавателю вокального отделения колледжа искусств Елене Шлыковой и ее воспитанникам Александру Мальцеву и Арине Алексеевой, которые исполняли романсы под аккомпанемент Светланы Чайкиной.

Старинный изящный декор дома, блеск бальных костюмов, грация танцоров, живое звучание музыкального инструмента и голоса исполнителей - все это завораживало. Было ощущение, что мы и впрямь пожаловали в гости к Машаровым, в век XIX. Кажется, многие молодые люди, у которых нет несварения от музыки, которой потчуют телеканалы и радиостанции, открыли в тот вечер для себя очаровательный мир романса.

В отличие от «Дома Машарова», где билет стоил 75 рублей для взрослых и 50 для детей, посещение выставок музея ИЗО в субботнюю ночь было бесплатным. Такой подарок сделали музейщики посетителям в честь своего пятидесятилетнего юбилея. Сначала празднования и до самого конца в ТМИИ было трудно попасть, от желающих посмотреть экспозиции не было отбоя, пускали в несколько заходов. Поэтому беспрерывно на площади перед музеем выступали различные творческие коллективы и развлекали публику на все лады. Художники, готовя к созерцанию уже не прохожих, но будущих посетителей, прямо на траве разместили свои работы. Так как картины продавались, то живописцы выставили в основном удобоваримые большинством пейзажи и натюрморты. Еще были красивейшие гобелены, изделия из бересты, расписные деревянные подносы, керамика, украшения из бисера, кружевные салфетки, оригинальные куклы из пластика, пока еще зарождающийся вид творчества в Тюмени. Кажется, эти миниатюрные, прелестнейшие создания и изделия художника Шаповала и мастеров Ивашкеева и Усольцева: металлические статуэтки, стильная и оригинальная зонтичница, кресло в виде сидящей барышни, родственницы дамы, проживающей у кофейни «Шоколандия», - привлекали внимание не меньше, чем музейные экспозиции.

Раскинули на площади свои шатры и кафе, но желающих угощаться и, сидя за столиками, наблюдать за происходящим, было немного, наверное, на «Ночь музеев» шли с установкой на отличную от повседневной, действительно культурную программу. Наверное, не ошибусь, если предположу, что многие из тех, кто прогуливался в ту ночь от музея к музею, впервые побывали в этих стенах, уж слишком много вопросов дезориентированных, восхищений или недовольства от бедности культурных учреждений, выставок, организации мероприятия. Конечно, были и накладки, но сам факт того, что «Ночь музеев» состоялась-таки в нашем городе радовал настолько, что мелочиться и фиксировать недостатки не хотелось. Да и недовольные тактично уходили домой - спасать вечер, лечиться петросянотерапией.

Но больше было тех, кто часами ходили по музею. Популярностью пользовалось всё: и народные иконы, и тобольская резная кость, детская и японская выставки, и произведения постоянных выставок у экспозиционных залов. Сложилось впечатление, что многие переосмыслили советскую живопись, ну и, конечно же, восхищались талантом мастеров русской живописи, удивленно восклицая: «Неужели настоящая картина Айвазовского, Шишкина, Кустодиева?». Поражались тому, как много знают и как интересно рассказывают о казавшемся доселе скучным наши искусствоведы: В.А. Субботина, И.А. Мануйлова, Н.А. Паромова и другие.

Из всех наблюдений запомнился эпизод во временном буфете. Две молодые особы, типа «хочу быть как Ксения Собчак», которые от бутиков до салонов красоты передвигаются исключительно в маленьких «Пежо», наперебой делились впечатлениями, решив, что надо успеть посетить все музеи, потому что «как же это все, блин, интересно!»

Кажется, музеи, устроив такой яркий и запоминающийся праздник, и впрямь добились желаемого, привлекли этим мероприятием внимание новых посетителей.

Марина Полуэктова, фото Дмитрия НИКИФОРОВА