Бумеранг генезиса

Он: - Какая ты сладкая, так бы и съел тебя...
Она: - Я бы тоже съела тебя...
Официант: - Простите, а что вы будете пить?

Анекдот из «Крокодила»

Пирожковая «Антропофил»

Удивление вызывало не то, что в районе Ватутинского кладбища угнездилось общепитовское заведение со столь человеколюбивым названием. Просто в 2010 году тюменские жители уже и не надеялись на возврат чего-либо подобного из 70-х годов ХХ столетия. Именно на период «застоя» пришлось изобилие подобных заведений, угощавших посетителей пирожками с разнообразной начинкой и горячим бульоном в граненых стаканах. Наибольшей известностью пользовались пирожковая по улице 50 лет ВЛКСМ и павильонная постройка на углу Республики и Первомайской (ныне здесь ювелирный магазин, бывший «Изумруд»).

За тридцать с лишним лет все казалось канувшим в Лету, и посему, когда осенью 2009 года началось строительство стеклопластикового павильона с отделкой фасада под шахматную доску и куполообразной крышей из чешуйчатой черепицы, как у мусульманских мазаров, ватутинское население не ожидало для себя ничего особенно хорошего: «Ну, выстроят еще одну забегаловку для крутых и толстосумов, и благочестивым жителям Ватутино для поминовения усопших придется ходить в кладбищенскую церковь мимо пьяных ватажников, да еще и под музыкальную какофонию». Возмущались соглашательством мэрии, недоглядом властей, а главное: куда смотрит церковь? Уверениям местного священника Паисия, - что Бог даст, все будет чинно-благородно, что это заведение будет без музыки и спиртного, да еще и для «пропитания сирых и убогих», - никто всерьез не верил.

«Нашли дураков, что поверят в забегаловку без ногодрыганья и фисгармоний! Да еще и без «сугреву» - этко удумали! «Краснопузые» - те хоть Бога боялись, в коего не верили, и возле кладбищ притонов не строили! А этим дерьмократам все одно: что Бог, что сатано! Погодите, соседушки, скоро воочию увидите, как беструсые девки на могилках стриптиз выкаблучивать будут!..» - горячился старожил гитлеровских концлагерей и сталинского ГУЛАГа девяностолетний отставной сержант Великой Отечественной Матвей Лукошкин. «Типун тебе на язык, старпер окаянный… И взаправду накликаешь… Тьфу!» - отплевывались соседские старушки.

Пересуды и споры сотрясали Ватутино до апреля 2010 года, когда над входом новостройки засияла ажурная светонеоновая надпись: «Пирожковая Антропофил» - и двустворчатые пластиковые двери гостеприимно распахнулись.

- Энто чтой-то такое, чо за антро… фигня такая? - наседал дед Лукошкин, тряся козлиной бородкой, на студента-историка ТГУ Славку Грошева.

Двадцатилетний третьекурсник ответствовал менторским тоном:

- Это, дед, по-древнегречески значит «человеколюб». То есть такой лох, что всех двуногих любит без разбору: Ментов и воров, муслимов, христиан и язычников, добрых и злых, белых, черных и желтопузых, мужиков и баб, и даже педиков. Всем он сочувствует, всех ему жаль и всех он силится охватить беспредельной широтой своей души. Короче говоря, это покруче, чем ваш отец Паисий - и он хитро скосил глаза на обалдевшего деда Матвея.

- Ну уж ты, Славик, через край хватил! Таких даже в русских сказках людей не бывало, - выдохнул было дед, почесывая лысину. - Ты лучше растолкуй, в чем их человеколюбие?» - прошепелявил он, указывая на раскрытую дверь пирожковой.

- А я почем… - начал было Слава, как на порог пирожковой шагнул среднего роста полноватый мужчина азиатской наружности. Он был в строгого покроя темно-коричневом костюме отечественного производства с галстуком-бабочкой, стягивавшем белоснежный воротничок рубашки. Округлое полнощекое лицо его буквально излучало благожелательность.

Мужчина учтиво поклонился небольшой толпе собравшихся, где молодежь представлял один лишь Славка. Время было рабочее, а предварительного объявления об открытии пирожковой не было, и у распахнутых дверей собрались одни старики, да от кладбища спешили любопытствующие бомжи. Последних к означенному году развелось в Тюмени невиданное количество в связи с ужесточением законодательства о жилищно-коммунальных неплательщиках, гигантским ростом цен на все и вся и успешной деятельности «черных риэлторов», покровительствуемых властями. Бездомные приютились в тылу пенсионеров, возглавляемых студентом-прогульщиком и отставным сержантом.

Застелилась бархатом гладкая, без акцента речь азиата:

- Пожалуйте, гости долгожданные! И стар и млад, имущие и бедные, нищие и бездомные - мы всем рады! Не опасайтесь «кусающихся» цен: их нет и не будет в «Антропофиле»! А вас, уважаемые, как первых наших посетителей, мы угощаем бесплатно! Ешьте и пейте от души - и убедитесь сами, что нет пирожков и горячего бульона к ним вкуснее наших и более гостеприимного хозяина, чем я - Муса Гуссейнов из Узбекистана, мастер русской стряпни!» - и в полупоклоне он указал рукою на вход.

На тюменцев, не избалованных сервисом общепита, особенно в недорогих кафе, речь произвела шоковый эффект, на всех в различной степени. Грошев с Лукошкиным остолбенели, разинув рты, в отличие от бомжей, оживленно зашушукавших. Первой прореагировала пронырливая старушонка Аграфена Сысолова:

- А ты часом не шуткуешь, мил человек? - с ехидцей в голосе спросила она.

- Что ты, мамаша, какие могут быть шутки? Аллахом клянусь - все бесплатно! Да не стойте вы - проходите! Никто вас там не укусит.

Первыми рванули в пирожковую бомжи, с утра еще не евшие, за ними - пенсионеры. У дверей образовалась было давка, то тут же прекратилась, ибо коридор, деливший заведение на два зала со стоячими и сидячими местами и двумя барными стойками, оказался достаточно просторным. «Стоячий» зал - попроще, для бомжей и бродяг, «сидячий» - для посетителей, еще не опустившихся ниже черты бедности. Стоявшие в коридоре крепкие ребята вежливо указывали, кому и куда проходить.

На улице остались лишь самые недоверчивые - студент с сержантом. Хозяин, загадочно им улыбаясь, кивнул на вход и ушел следом за посетителями. Старик Лукошкин, отходя от изумления, вцепившись в рукав Славкиной куртки, тряс его руку:

- Хучь ты в своем «нивере» и еллинскому языку обучился, но энтой премудрости тебе вовек не разгадать! Бичей на дармовщинку кормят, як в Древнем Риме! Уж не спим ли мы на кладбище опосля вчерашнего? Дык я, вроде, вчера не пил. А ты?

- Ну не до такой же степени! - отреагировал Грошев. - Ладно, дед Матвей, пойдем заглянем в кормежку для сирых и убогих, - и, подхватив деда под руку, он бережно повел его в пирожковую.

Дед Матвей шагнул в «Антропофила» за своим чичероне. Это случилось 27 апреля 2010 года.

Трюк с бесплатной кормежкой «первопроходцев» произвел фурор. Слухи о пирожковой с загадочным названием облетели всю Тюмень, привлекая посетителей. Пирожковая била конкурентов наповал мизером цен! Пирожки с мясом, рисом и луком стоили 10 рублей за штуку, а с яйцом, капустой, картошкой и ливером - много дешевле. Учтите, что к 2010 году засохшие пирожки в магазине «Тамара» у кинотеатра «Фобос» (бывший «Темп») стоили «двадцатку» за штуку, - и напрочь отпадут всяческие сомнения в триумфе «Антропофила» и качестве его стряпни. Знаменитые ливерные «тошнотики» буквально спасли жизни десятков изголодавшихся окрестных бомжей. Наивысшей похвалы пирожковая удостоилась из уст Аграфены Сысоловой, признавшей, что «пирожки не хуже, чем у нее!» Народ ринулся в «Антропофил» со всех концов Тюмени, и скоро доходы Муссы Гуссейнова сравнялись с доходами элитных кафе, ибо пропускная способность пирожковой была много выше. Студент Грошев и Матвей Лукошкин мигом оказались в числе ее завсегдатаев с привилегиями. Пирожковая процветала бы и дальше, но тут наступило 27 августа 2010 года.

* * *

К этой дате ватутинское население устало ломать головы над загадкой «Антропофила». Ходили легенды о «базах обетованных» в Узбекистане, где благодетель Мусса приобретает кулинарное сырье за копейки, чем объяснялась дешевизна пирожков. И 27 августа стало началом конца тайны «Антропофила»…

В этот день посетителей было немного - семеро завсегдатаев-бомжей, уплетавших «тошнотики» с бульоном. Наиболее благообразный из них - Колян Усов - блаженствуя за стоячим столиком, ухватил разом полпирожка и вознамерился запить его бульоном, но взгляд его замер на сердцевине оставшейся половинки «тошнотика». Глаза его внезапно полезли на лоб под громовую отрыжку, но он быстро совладал с собой. Воровато обежав глазами зал для неимущих и убедившись, что барменши за стойкой мирно беседуют, торопливо полез в карман за целлофановым кулечком. Стараясь действовать как можно незаметнее, Колян уложил в пакет два пирожка и напугавшую его половинку. Торопливо кинул пакет в обшарпанную сумку и засеменил к выходу, одновременно благодаря хозяев за «вкуснотищу». Но он не знал о существовании в зале скрытой камеры видеонаблюдения.

Едва Усов устремился к входу на кладбище, как из двери, ведущей в подсобку, вышел рослый мордоворот с мобилой в руке. Проследив за отступлением Коляна, он что-то забормотал по телефону. Через пять минут в гофрированной ограде хоздвора «Антропофила» распахнулась боковая железная калитка, и две мрачные личности в черных хозробах поспешили следом за Усовым. Минуя главный вход на кладбище, они обогнули заднюю ограду в зарослях берез. Мордоворот ушел в подсобку, бомжи, отобедав, разошлись по своим делам, и в окрестностях пирожковой воцарилось безлюдье.

Через полчаса с кладбища вернулся тандем в робах. Мордоворот завел их в подсобку, где и состоялся разговор следующего содержания:

- Ну чо, Рубик, перехватил его добычу? Чо там такое?

Длиннолицый верзила, стриженный «ежиком», прогундосил:

- Ты глянь, Хенк, чо он в «тошнотике» надыбал! С такой уликой нас всех бы тут повязали… - и он протянул пакет с пирожками.

Мордоворот глянул в начинку пирожка и стал белее пороши.

- Маму их в пихало… Куда они смотрят там, на «мясокрутке»? Донес бы стукач этот ноготь до ментуры - нам всем хана! Кстати, с ним что?

Рубик, зловеще усмехнувшись, ткнул себя пальцем чуть ниже левого соска:

- Я пыряю заточкой однажды и навсегда! Его душа, поди уж, с Богом разговаривает. Часа через два найдут его на могилке и доставят в морг как бесхозного. А следов, ты знаешь, я не оставляю…

- Ну и тип-топ! Им никто особо интересоваться не будет… Давайте на склад, там еще работы невпроворот, - и, открыв заднюю дверь подсобки, он выпустил подельников на хоздвор.

* * *

Но всевидящие стражи «Антропофила» не углядели странного явления на крыше пирожковой. Из черепичных чешуй вдруг вынырнул многогранный сиреневый шар размером с футбольный мяч. Вращая круглым оком с рептильным зрачком, он секунду вибрировал над павильоном, затем исчез. И немедля в сторону кладбища проследовал слабый свист. Направлявшиеся через дорогу очередные завсегдатаи пирожковой так и не успели ничего заметить.

Александр ТАКУНЦЕВ

Продолжение следует

Имена некоторых персонажей вымышлены и возможное сходство с реальными лицами является непреднамеренным.